Выступление Исраэля Шамира на тему «современная демократия как политический институт»
Большая честь для меня быть здесь вместе с вами, и говорить о том, что мы говорим и слушаем. Я понял имя «Флориана Гейера» как девиз этого клуба. Я понял так: люди, которые здесь собрались — общий их знаменатель — на стороне народа — вот так я это понял. Т. е., может быть, это люди, которые пришли с разных сторон, но, в общем, сходимся на том, что мы на стороне народа, а не на стороне олигархов и олигархии. И при этом, я понимаю, что некоторые считают, что в интересах народа, чтобы его вел вождь, или в интересах народа, чтобы его вел пророк, или в интересах народа, чтобы его вели профессора философии. Это тоже вполне легитимный подход. Но, тем не менее, то, что все это в интересах народа, это, я думаю, объединяющее начало. Мы живем в очень интересную и сложную эпоху, когда на Западе, по крайней мере (в России значительно меньше), сама роль государства настолько уходит в никуда, что ощущение такое, что мы спорим о демократии, о том, как должно быть устроено государство, а само государство практически исчезает. Это уже тот самый ночной сторож, о котором когда-то говорили, и очень мало пользы от этого ночного сторожа.
В России получилось так, что роль государства гораздо больше. Во многом, это благодаря историческому повороту, который здесь произошел в 2000 году (вы знаете, о чем я говорю) в этом смысле, это вещь важная и интересная. Можно сказать, что собравшиеся здесь — это те, кто настроен хорошо, благожелательно по отношению к людям. Т. е. если бы мы собирались в XIX веке, то такой кружок назвали мы именем Гракхов, да, или Бабефа, что-нибудь такого рода. И я думаю, что это и хорошо: люди не должны обязательно пугаться своей благожелательности. В настоящее время я вижу два крайне важных процесса: один из них — это процесс атомизации общества, разрушения структуры, другое — наложение средств массовой информации и их мощный output, который на все это ложится. И в этом смысле есть и обратная борьба, вот, например, сейчас, вы заметили в Англии и в Америке был нанесен серьезный удар по империи Мердока. Это очень интересное явления, и я как раз был в Англии, когда этот конфликт разгорался. Интересно, что против Мердока был в частности и английский королевский дом. Иногда возникают вот такие странные, неожиданные союзы между, консервативным осколком феодализма, как королевский дом, и прогрессивными народными чаяниями. В данном случае такой неожиданный союз образовался потому, что Мердок запасся таким количеством компромата на всех, что это просто оказалось слишком тяжело.
Скажу пару слов относительно самого понятия демократии. Меня, в принципе, всегда устраивал подход Ленина, который на эту тему говорил, что демократия — это хорошо, но при условиях капитализма настоящей демократии быть не может, потому, что у капиталистов есть средства массовой информации. Надо их отнять, и тогда все получатся. По большому счету этот подход правильный и, на мой взгляд, как бы мы не говорили о выстраивании систем взаимоотношения и прочего, национализация, возвращение награбленного, — это, я думаю, задача, которую нельзя обойти. Неважно, думаем ли мы о демократии, думаем ли мы о племенном строе или о любом другом режиме. Если мы пытаемся сохранить олигархов, то все это у нас не выстроится, на мой взгляд. Как-то получается так, что они не очень встраиваются, ну, с другой стороны, это тоже не надо абсолютизировать — можно себе представить, когда олигархи встраиваются. Был такой пример, может быть, некоторые из вас помнят в Швеции и 20-е годы был Salsa Baden — соглашение между крупнейшими шведскими промышленниками и профсоюзами, которое привело, в общем, ко многим годам процветания и к социальному государству. И до сих пор пока все это дело, к сожалению, не рухнуло. (Ну, я не знаю, получше ли этот пример, здесь,- это сложный вопрос, потому что в Германии этот режим просуществовал, как мы знаем, только 12 лет, т. е. это не так долго, чтобы мы могли ответить на вопрос, насколько это хорошо. В Швеции это просуществовало с 20-х годов и вплоть до 70-х — 80-х. Т. е. здесь мы говорим о гораздо большем количестве времени, со всеми его достоинствами и недостатками). Я думаю, что лозунг снятия демократии невозможен в наши дни. Мне очень приятно иметь возможность поговорить открыто и откровенно, но даже в условиях полной открытости и откровенности, я себе не могу представить возможности в наше время сказать демократии «нет». Мы можем говорить о настоящей демократии, о подлинной демократии, социалистической демократии, трудовой демократии, но сказать, что мы или народ хочет диктатуру — нельзя. Я думаю, что даже если народ хочет диктатуру, то он вам этого не скажет. И, конечно, одним из противников является либерализм, который отрицает права отдельного человека. Вот в этом смысле мне не очень понравилась мысль Игоря Чубайса о том, что неправильно уравнивать бомжа и богача, давая каждому по одному голосу.
Мне показалось, что от этого, в общем, один шаг до этого побитого русского миллиардера, который сказал: «У кого нет миллиарда, пошли на…». Это вот где-то из этой же области. На мой взгляд, идея равенства людей — основная, которая выражена и в Библии, где говорится, что замечателен человек, ибо сотворен по образу и подобию Божьему. И, в общем, эта мысль является на самом деле фундаментальной и основной для всего прочего. Т. е. отрицать демократию мне бы не хотелось, это и не в моих планах. Но, конечно, то, что сегодня выдается за демократию — это не бог весть что, но в России это, в общем то, не хуже, чем где бы то ни было. Понимаю, что некоторые осудят эти слова, многим не понравится, но, тем не менее, это так. В России, на мой взгляд, демократии примерно столько же, сколько и в любом другом месте. Единственно что — телевидение здесь, конечно, ужасное, позорное, если меня простит Максим, за исключением
Поделиться: |