Главная → Максим Калашников → Выступление Максима Калашникова на тему «современная демократия как политический институт»

Спасибо большое, хочу напомнить, что русский народ в СССР был, СССР — это часть тысячелетней России. У меня в паспорте в 1983 году была графа, я записал туда «русский», мой отец получал паспорт в 1959 году, там тоже была графа «русский». Русско-советские люди.

Итак, перейдем к теме нашего сегодняшнего заседания. Выступая от нашего интеллектуального барака, я хочу повернуть разговор в некое футурологическое русло. Конечно, то, что мы сейчас называем демократией, то, что сейчас силой насаждается — это никакая не демократия, а нечто иное, это неолиберальный тоталитаризм. Современные демократические процедуры, системы представительной демократии, которые сложились в 20 веке со всеобщим избирательным правом скоро останутся в прошлом. Демократия всего лишь передышка перед наступлением новой тоталитарной эры. Российская Федерация, является действительно временным концептом. Я надеюсь жить совсем в другой, воссоединенной стране, в великой Руси, в великом новом союзе. Это будет самобытная страна со своей политикой, она будет субъектом мировой истории. Российская Федерация не является субъектом мировой политики, это слабое звено капиталистической умирающей системы. Как в начале 20 века сгнившая Российская империя во главе с проклятой династией Романовых, воплощала самые худшие пороки капитализма. Там присутствовали самые откровенные и одиозные монополии, «Продомед» «Продуголь», которые запрещали понижать цены и т. д. Кризис, так называемой, современной квазидемократии в Российской Федерации принял самые откровенные формы. Здесь мы видим то самое будущее, которое ждет Запад. Конечно, будущее за демократией, за властью народа, за властью социума. Логика советского проекта — создание коллективного разума, создание неосоветской власти. Вот убеждение и Максима Калашникова, стоящего здесь, и, к сожалению, отсутствующего Игоря Глущенко, который был автором концепции «нейросоца». Это создание общества, подобного системе нейронов головного мозга. Это неосоветская власть, человек должен выбирать тех, кого нужно контролировать. Демократия, народовластие, растущее из самоуправления. Мы выбираем депутатов в местный совет, но есть механизм, по которому мы можем их отозвать. Дальше Совет выбирает районные в городской, городской на региональный, региональный на национальный. Человек не выбирает прямо парламент федеральный, он выбирает только ближнего своего депутата. Дальше идет система неосоветская, без КПСС, на принципах «неиросоца», который изложен в книге «Эволюция социальных систем» или «Будущее человечества» (это Игорь Глущенко и Максим Калашников). Но мы сейчас пройдем через кризис этой поздней капиталистической либеральной демократии, тесно связанный с кризисом самого капитализма. Тот кризис, который мы сейчас видим, завершится смертью капитализма. Думаю, что мы вступаем во что то, похожее на новые 30-е годы. Совершенно здесь согласен с предыдущими докладчиками, Западу придется проводить крайне непопулярные реформы, шоковую терапию, демонтировать социально государство, и это уже видно. На Западе, да и в соединенных Штатах, сейчас имущественное неравенство, а народовластие и демократия подразумевают некое равенство и нерасслоенность. Там формируется огромный имущественный перепад. То, что там придется проводить эти шоковые реформы вопреки большинству американских и европейских граждан — это совершенно очевидно. Придется ломать через колено!

Есть еще два обстоятельства. Существует противостояние: Капитализм против народовластия и либерализм против демократии. Дело в том, что принцип один человек — один голос, противоречит капиталистическому принципу, ему больше соответствует принцип акционерного общества: сколько у тебя денег, акций и имущества, столько у тебя и голосов. Либерализм, который перешел на защиту агрессивного, приспособленного меньшинства, который монополизировал власть — узурпирует права большинства. Сейчас на Западе при всех формальных демократических механизмах верхушка оторвалась от большинства, прочитайте Ханктингтона Семьюэля «Кто мы?». Он анализирует стремление американских избирателей, американской элиты, они в корне друг другу противоречат. Элита выступает за ВТО, за глобализацию — простые американцы придерживаются других ценностей и мнений.

И еще один фактор, который погубит буржуазную, фальшивую демократию. То, что сейчас мы становимся свидетелями прихода нового варварства. Сейчас плодится такой постиндустриальный недочеловек, варвар, не читающий книг, с разорванным мышлением, не знающий элементарных вещей, не обладающий элементарными когнитивными навыками. Чаепитники в Америке — это типичные представители нового варварства: у них полная шизофрения в мозгах, они не перегружены интеллектом. И у нас так называемые национал-демократы или, скорее, их можно назвать либерал-этнократами, те, кто говорит, что сейчас мы ампутируем Кавказ, установим национально-этническое чистое государство, и у нас все наладится, — это тоже новые варвары. На самом деле, система «нейросоца», новой советской власти, она автоматически, без создания всякого опасного этнически чистого государства обеспечит представительство этнического большинства. Я считаю, что это альтернатива, но им это не докажешь. Массовый приход нового варвара, который предпочитает простые ответы на сложные проблемы, окончательно снимет драпировку либеральной демократии.

Российская Федерация — это временный концепт, мы видим её конец уже сейчас. Она вошла в экономический, в управленческий дефолт, система уже полностью вышла из-под контроля. Я думаю, что если мы восстановим Россию, то это будет сделано через построение неосоветской власти, но придется пройти через стадию диктатуры развития, новую опричнину, придется чистить общество, потому что зашлаковано оно сильно. И будут те люди, которые на самом деле не препятствуют выздоровлению общества. Это здравый смысл. Т. е. движение будет осуществляться через демократию, через диктатуру. Именно поэтому я себя считаю не только приверженцем «нейросоца», но и националсталинистом. Я просто прагматик. Более того, если сейчас, при нынешнем чудовищном расслоении имущественного положения в Российской Федерации провести свободные выборы, через один или два акта этих свободных выборов, установится новый сталинизм. Поэтому я сторонник свободных выборов. Я знаю, что люди сами проголосуют за человекобога, за диктатора. Диктатор будет защищать ростки нового.

Очень интересные вопросы к семинару. Я думаю, что на первый вопрос я ответил «В чем заключается демократия и кто в современном мире в ней не заинтересован?». «Где вырабатывается политическая воля в демократии?» — В субъекте стратегического действия. Народ обретает свою субъектность через формирование группы людей, обладающих волей, силой и образом будущего, возможностями. Они всегда будут, в любом обществе. Вот в демократическом в нейросоцовском обществе тоже будет такой субъект, стратегического действия. «Какова судьба знания при демократии?» — При нашей нейродемократии — это власть просвещенных. Знание будет главным орудием власти. «Как влияет демократия на индивидов?» -Если это наш, русский «нейросоц», я надеюсь, он станет вконец всеобщим, действительно рост личности. «Как влияют массовые протестные движения на демократию?» — При истинной демократии массовых протестных движений быть не может. Они возникают только при лжедемократии, в которой есть прикрытие власти, финансовой и медийной олигархии. «Кто является подлинной элитой при демократии?» — Тот, кто выражает интересы народа. Тюрьмы и ГУЛАГи будут при любом обществе, и при подлинной демократии. Мы сейчас имеем больше заключенных (и в США, кстати, больше заключенных), чем во времена Сталина. Лагерь — это достаточно дорогое удовольствие. «Кто является элитой?» — При демократии — тот, кто передает волю и чаяние народа, владыка будущего, обладающий разумом, способностью творить историю, и возможностью это делать. «Каковы истинные цели демократии?» — Если мы говорим о настоящей демократии, которую предстоит еще построить, это защита себя, защита своего права строить будущее и защита своей сферы влияния. Ну, а если мы говорим о неолиберальном тоталитаризме — это, понятно, навязывание мирового порядка силой. Когда летят к вам и сбрасывают бомбы, потому что у вас нет этой демократии. «Судьба традиций при демократии?» — Традиция есть часть народа, она входит в нас на генетическом уровне. Есть хороший анекдот: «вы какие атеисты, православные или буддийские?» Даже у советских атеистов православные ценности вбиты были на генетическом уровне. Мы жили по этим ценностям в Советским Союзе. На самом деле, традиция при демократии будет органической частью, это будет выражаться через волю народа, через тот механизм «нейросоца», о котором мы с вами говорим. Интересный вопрос: «Судьба либидо при демократии» — Знаете, хочется уйти от сексуальной озабоченности. Т. е. будет доминировать здоровая гетеросексуальность. Я, воспитанный на «Лезвии бритвы» Ефремова, ценю женскую красоту, женская красота — это высшая функциональность. Мы выбираем ту женщину, а женщина выбирает того мужчину, который служит для продолжения рода, производства красивых и здоровых детей. Любовь, страсть, продолжение рода будет совершенно нормальным, а гипертрофированное внимание к сексуальным меньшинствам, конечно, уйдет. Они действительно меньшинства, их никто не будет в печах жечь, отправлять в газовые камеры, но устраивать парады и агрессивно пропагандировать девиантность им никто не даст при настоящей демократии. «Судьбы экономических классов при демократии?» — Я считаю, что демократия — социальная система четвертого поколения будет основана на технологиях шестого и седьмого укладов. Они будут так же противоречить капитализму, как феодализму противоречили огнестрельное оружие или железные дороги. Появятся новые классы. Кто будет сопротивляться — будет подавлен. Вот взгляд футуролога, пулемета и автомата в одном лице.